В конце сентября 1957 года на одном из сверхсекретных объектов, располагавшемся в городе «без названия», прогремел взрыв. Тайна скрывалась более тридцати лет, и долгие годы об этом взрыве знали лишь те, кто находился в районе катастрофы. Теперь известны и название «секретного» города — Челябинск, и предприятие, на территории которого произошел взрыв, — комбинат «Маяк», который был известен также под названием «Челябинск-40». Затем первенец атомной промышленности стал называться «Челябинск-65», теперь он известен как город Озерск.
Озер вокруг города Озерска действительно много. Издавна эти красивейшие места принадлежали русским промышленникам Демидовым. Небольшие плавильные заводы давали отменную медь и чугун. Продукция демидовских заводов пользовалась огромным спросом далеко за пределами России.
После Великой Отечественной войны в этих краях развернулась особо секретная стройка. «Холодная война» с США требовала срочного создания атомной бомбы в противовес американской. Научно-производственное объединение «Маяк» и стало первым в стране комплексом по наработке военного плутония. Успешное испытание советской атомной бомбы имело огромное военно-политическое значение. Оно буквально ошеломило администрацию американского президента Гарри Трумэна. А в 1949 году «секретный объект» дал уже и плутоний. Рассказывают, что капсулу с первыми граммами смертоносного элемента И.В. Курчатов вынес из реактора в собственных ладонях.
О возможных последствиях облучения тогда, в сентябре 1957 года, было известно еще очень мало. Ученые терялись в догадках о причинах «невидимой» смерти. А от нее уже умирали солдаты и офицеры подразделений внутренних войск, охранявшие необычное предприятие.
Седьмого октября 1957 года тогдашнему министру внутренних дел Н.П. Дудорову поступило донесение: «Авария представляет собой взрыв гремучего газа в специальном отстойнике. При этом в воздух было выброшено большое количество мельчайших радиоактивных частиц, которые находились в отстойнике. Из этих частиц образовалось облако, которое некоторое время держалось над местом взрыва». Поднявшийся вскоре ветер понес это облако в северо-восточном направлении.
Впоследствии на месте взрыва и по пути следования облака выпало много мелких радиоактивных частиц, которые и загрязнили большую территорию как в зонах самого объекта, так и в Каслинском районе.
Взрыв произошел из-за радиационного перегрева одной из емкостей для хранения жидких высокоактивных отходов. В течение семи лет от ядерных отходов избавлялись весьма простым способом — их просто-напросто сбрасывали в реки Теча и Исеть. А потом еще два раза (по семь лет) отходы сбрасывались в озеро Карачай.
Авторы книги «Тайна "сороковки"», В. Новоселов и В. Толстиков, пишут, что 29 сентября 1957 года был воскресный день, солнечный и очень теплый. Горожане занимались своими повседневными делами, многие из них находились на стадионе «Химик». Там проходил футбольный матч за призовое место между двумя ведущими командами города.
«Примерно в 16 часов 30 минут раздался грохот взрыва в районе промплощадки. Далеко не все жители города обратили на него внимание. В то время на многих строящихся объектах мирные взрывы не были редкостью. Как рассказывают очевидцы, после взрыва поднялся столб дыма и пыли высотой до километра, который мерцал оранжево-красным светом. Это создавало иллюзию северного сияния».
Так, почти за тридцать лет до Чернобыля произошла одна из серьезнейших аварий на химкомбинате «Маяк». В течение долгого времени все сведения о ней держались в глубокой тайне. Практически ничего не знали о ней и на Западе. Только в 1979 году в США была опубликована книга ученого-биолога и известного советского диссидента Ж.
Этот мощный по тем временам линейный корабль под названием «Джулио Чезаре» (или «Юлий Цезарь») начали строить на верфи итальянского города Генуя еще в 1910 году. Предполагалось, что он станет третьим после возводившихся там же линкоров-гигантов — «Леонардо да Винчи» и «Конте ди Кавур». Закончили сооружение линкора довольно быстро — ровно через четыре года. Хорошо вооруженное и быстроходное судно водоизмещением 24 тысячи тонн развивало скорость до 22 узлов в час. У него имелись два трехствольных орудия и три двуствольных, три подводных торпедных аппарата, весь корпус линкора был бронирован.
Но судьба всех трех линкоров оказалась похожей по своей трагичности. «Леонардо да Винчи» еще в 1916 году перевернулся от взрыва, прогремевшего под его корпусом, и затонул в Таранто возле Италии. «Конти ди Кавур» был потоплен в 1940 году английской авиаторпедой. «Джулио Чезаре» был передан в 1949 году советской стороне по соглашению о разделе военно-морского флота Италии, принятому в декабре 1943 года на Тегеранской конференции.
Его передача советской стороне состоялась в албанском порту Влера в феврале 1949 года. Тогда же линкор переименовали в «Новороссийск» и на нем был поднят военно-морской флаг СССР. Это был уже не тот корабль, который сошел ее стапелей генуэзской верфи в 1914 году. Итальянские корабелы еще в 1937 году основательно модернизировали судно: нарастили его переднюю часть, сделали более плавные обводы, и корабль сразу увеличился в длину на 10 метров. Заметно усилился и калибр вооружений.
Особую сложность для советских моряков представляла транспортировка линкора в 1949 году в родной Севастополь. Никакой технической документации на судне не осталось, а все надписи на нем были сделаны на итальянском языке, который никто не знал. При передаче линкора советской стране итальянцы даже через переводчика ничего толком не объяснили. Кроме того, советское командование вполне справедливо опасалось диверсии со стороны бывших противников в войне.
Несколько дней было потрачено на то, чтобы обследовать все уголки линкора. Проверялись даже баки, в которых хранилось топливо. Особое подозрение вызывал наращенный нос корабля. Всюду были заметны сварные швы. Не заложили ли итальянцы туда взрывчатку? Но проникнуть через бронированную новую обшивку и все проверить было невозможно: корабль потерял бы тогда свою плавучесть.
Столь тщательные меры обследования «Новороссийска» то время были вполне обоснованы. А в том, что диверсия возможна, тогда никто не сомневался: все помнили о судьбе его предшественников и с большим подозрением относились «подарку данайцев». Кроме того, стало известно, что бывшие боевые пловцы из спецподразделения князя Боргезе поклялись, что итальянский флагман будет взорван.
Однако ничего подозрительного обнаружить не удалось, и была дана команда сниматься с якоря. Развив в пути скорость до 16 узлов, корабль своим ходом на всех парах благополучно добрался до Севастополя.
Начиная с 1949 года, линкор служил, собственно, демонстрационным целям военного устрашения. Судно выходило в море, чтобы показать вооруженным силам НАТО (в частности, Турции и Италии) свою боеготовность, оно участвовало во многих учебных маневрах и операциях. Его восемь раз ремонтировали и тоже модернизировали, правда, на советский лад: содрали всю краску подводной части, которая способствовала лучшему скольжению корабля, заменив ее на традиционный сурик, отчего «Новороссийск» сразу погрузнел и потерял свою первоначальную скорость. Проведенное очередное обследование корпуса судна и его машин в 1955 году показало, что, хотя износ составляет 15 процентов, линкор послужит еще, как минимум, лет десять.